я чувствую!), и я не успею все отладить, причесать и отправить в редакцию, на litportal.ru и другие электронные библиотеки? И все пропадет! Все! Исчезнет чудесный кусочек истории, не станет сокровищ Македонского! Совсем не станет, ибо они превратятся в вещь в себе. И появятся на свет лишь в том случае, если Земля расколется на кусочки! А вероятность такого события ничтожно мала. Так же мала, как вероятность того, что сына заинтересует, что это я такое закрыл паролем -- он просто-напросто сотрет файл.
Надо переписать его на пяток дискет.
И выбросить их на свалку? В надежде, что кто-то найдет?
Книги выбрасывают на свалку. Хорошие книги с прекрасными описаниями людской жизни и тайн природы. Несомненно, кто-то выбрасывает на свалку и секреты. На дискетах. На клочках бумажек, спрятанных в переплет. В тайниках, высверленных в тяжелой старой мебели.
Сейчас многое выбрасывают.

...Как тяжело стало писать 28-е главы! Вставлять их в детство текста было легко -- там все неясно, все зелено, все игра. Юность после вставок (писавшихся легко -- я ведь видел Согда наяву, и ничего не надо было придумывать) приходилось подправлять, ретушировать, оттенять, но все шло гладко. А сейчас... Сейчас я стучу по клавишам, а вижу его. Христа. Вижу себя в лучшей своей ипостаси, и меня тянет, тянет в нее вернуться.

Возвратившись к себе после самосожжения Калана, Александр созвал на пир друзей и полководцев. На пиру он предложил потягаться в умении пить и назначил победителю в награду венок. Больше всех выпил Промах, который дошел до четырех хоев; в награду он получил венок ценою в талант, но через три дня скончался. Кроме него, как сообщает Харет, умер еще сорок один человек.

На пути в Вавилон к Александру присоединился Неарх, корабли которого вошли в Евфрат из Великого моря. Неарх сообщил Александру, что ему встретились какие-то халдеи, которые просили передать царю, чтобы он не вступал в Вавилон. Но Александр не обратил на это внимания и продолжал путь. Приблизившись к стенам города, царь увидел множество воронов, которые ссорились между собой и клевали друг друга, причем некоторые из них падали замертво на землю у его ног. Вскоре после этого Александру донесли, что Аполлодор, командующий войсками в Вавилоне, пытался узнать о судьбе царя по внутренностям жертвенных животных. Прорицатель Пифагор, которого Александр призвал к себе, подтвердил